полезно откапывать старые стихи...
May. 13th, 2008 11:11 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
veda_cong...поняла что несколько то ли теряю квалификацию, то ли просто изменился стиль. Впрочем, на ритм я всегда плевала.
Впрочем, нет, править там есть чего...
первая партия, то, что раньше, было практически собрано в сборник, который надо чистить от некондишна.
Серебро дороже золота...
...И, кажется, не попрекнут меня
Отсутствием на свадебном пиру,
Где листья из холодного огня
Колышутся свечами на ветру...
Где небо в ожидании весны,
Где на престол нисходит тихий свет,
И все похоже на цветные сны,
А каждый гость одет и обогрет...
Меня накроет серебром снегов.
В молчании покинутого дня
По затуханию моих шагов
Ты можешь выследить меня...
А через пару заметённых лет
Я растоплю черновиками печь,
И, погасив огонь, по золотой стерне,
С гитарой за плечом, пойду и вспомню речь.
И пусть останутся в полупустом столе
И на потрёпанных дорожках CD-ка
Стихи, принадлежащие – не мне,
Произнесённая Творцом строка.
И пусть останутся в моих руках,
Задумчиво усевшихся на гриф,
Лишь пара песен, что лежат в веках –
Чужих... И, слава Богу, часть моих...
Окна.
(посвящено журналу «Современники»)
Но мы с тобою все-таки есть,
И наше место именно здесь...
А.Макаревич
Есть окна прекрасных дворцов, теремов
В седой позолоте, в лозах винограда –
Кусочки священного Вечного Града
И части былых королевских домов.
Есть в избах старинных, российских, лесных
С резьбой на наличниках, ставней узором –
Поют деревенским частушечным хором
О масленицах и заботах весны.
И в старых домах стороны городской –
С пилястрами, смотрят лукаво из рамок
На стеклобетонный продвинутый замок
Для новых господ... (Не суждён им покой.)
Но в этой коллекции странно забыты
Окошки подвалов, седьмых этажей,
Простейшей конструкции, без витражей,
Одно украшение – светом залиты...
Здесь Мастер страдал. Здесь чердак Маргариты.
Поседела трава, а рассвет – золотая смерть листьев,
И в хрустальнейшем воздухе тише поет благовест...
Осень стелет на мокнущий грунт осторожною кистью
Окончательно – золото и серебро бесконечных завес.
Потеряли себя в суете и грязи переходов,
А найти в бесконечной и хмурой толпе не могли.
Выйти в дверь, что ведёт – на пятнадцать минут – на природу?
Но там слякоть и холод... И мы задыхались в пыли.
В этом месяце с умыслом нет у меня проездного,
Вместе с осенью ходим по парку пешком.
Впрочем, что удивляться? Решенье не ново –
Быть с землею на равных, быть с нею вдвоем.
Новое опасенье – декабрьский был мной заказан,
А уже с неба льётся метель и звенит, и звенит тонкий лёд...
Ну а вдруг этот звон, этот светлый мотив, не рассказан,
Пропадёт? Ну а вдруг без меня пропадёт?
Молитва
Лучшая поэзия – молчание,
Лучшее молчание – моление...
(иеромонах Роман )
Господи, дай только мужества
На молчаливый путь.
Не с немотою ужаса,
Бывшего – не вернуть.
Я не прошу знамений,
Милости не прошу –
Лишь одолеть ступени:
Их высотой дышу.
Только на дне сознанья,
Чистого от обид,
Слов благодатный пламень
Сходит и смысл хранит.
Слова немого участь
Время благословит.
Верную неминучесть
Выдоха – вдох таит.
...И заплакал, припадая к плитам:
Он увидел все их имена,
Он узнал знакомых – тех, убитых
В день, когда нахлынула война.
И смотрел, сняв шапку, на могилу.
Без креста... Ах, жалко, без креста.
Он просил у неба, чтобы силу
Памяти несли его уста.
И в тот миг, когда узнал он брата,
Не смолчал – да, с горя он запел
Голосом непавшего солдата,
Но – как будто сам в войне сгорел...
Слезы, очищающие душу,
Застывают на исходе дня...
Что же, братцы, разве он не нужен –
Отпечаток Вечного Огня?
Все тревожит самой студной стужей
Ветер черной, гибельной поры...
Но бывает небывало нужен
В наше время мира... и жары.
...И закричать: да будет свет!
На весь вагон, глухой и душный,
Для всех, кто дремлет равнодушно
И отражается в стекле.
О, пусть нечаянной улыбки
По лицам побегут лучи,
Какие у души ключи,
Какая вас затронет скрипка?
Преддверие.
А впереди, среди проталин,
Уже тюльпаны расцвели,
И отражается в кристаллах
Со сна размякший лик земли.
И в ранних переливах света
Свои угадываю сны:
Натянутые струны лета
В лучах разбуженной весны.
Ручьи поют, безбожно юны,
И под ударами тех нот
Звенят полуденные струны,
Звенит, расплескиваясь, лед!
Ты знаешь этот тихий час
Еще до света –
Приоткрывающихся глаз
Лесного лета?
Пора притихшего ручья,
Угасшей ночи
Еще свободная, ничья –
Как многоточье,
Как проступающий обвод
На горизонте,
Как чуть подмытый солнцем лед...
Запас мелодий
На первый, пробный птицы крик
Под новосветье,
В распахнутый рассвету миг
Их вынес ветер!
(1 мая 2004, 5 утра, палатка в лесу)
Диалог
- Что возьмешь ты в путь с собой?
- Только радость, только боль,
Только в термосе кисель,
Только карту, компас, цель,
Только ветер на заре,
Только дождик в ноябре,
Только день и только ночь,
И друзей – в беде помочь,
Только отблеск красоты,
Ну а что взяла бы ты?
- Что возьму я в путь с собой?
Только лютню, только роль,
Только светлую печаль,
Только «здравствуй» и «прощай»,
Только – это я, точь-в-точь! –
Мою маленькую дочь,
Только рифму, только слог,
Только срезанный цветок,
Лишь перо – и белый лист,
Только смерть – и только жизнь,
И – ты знаешь, милый мой?
Я тебя возьму с собой…
Из области фантастики
никому не посвящается
На этом месте замкнут круг
Случайной встречей.
-Приветствую, забытый друг!
А вы далече?
Ворвется мартовская ночь
В мои пределы...
Вы не могли бы мне помочь -
- Ведь вы без дела -
Завесить звездным полотном
Окно вагона -
За этим тоненьким окном
Ночь беззаконна...
Встречаются друзья как раз
Под равноденствие
И обращают пару фраз
В священнодействие...
Что ж, возьми свою боль,
чтобы выбросить в волны ее...
Йовин
О моя неопознанная вина!
Рассчитаться со мной не спеши, не спеши...
Отчего дрожь – от холода иль от вина?
Ветер песни играет дверями души.
Мой костер догорает, и небо светло,
И река в этот час так тиха и светла...
Мою жизнь этой ночью, как сон, унесло,
Словно я не была, словно я умерла.
И спасибо за все. Расплатившись сполна,
Ухожу по мосту ожидающих дней.
А на берег пустынный находит волна,
И обратно любовь отправляется с ней...
Только час до раскрытия почек.
В них с утра нарастает давленье,
Здесь не до расставления точек.
Рвется лиственное вдохновенье.
Затянулось души пробужденье,
Но не ждет затаенное чудо,
И во власти весеннего зуда
И разрыв, и коры опаденье.
Только час до раскрытия сердца,
И случайною боль не бывает,
Никуда от нее мне не деться.
Схватки памяти... Жизнь прорастает...
А было так просто –
Забыть и не плакать,
Растить свои звезды,
Петь да обед стряпать,
В мерцании ночи
Не находить веру,
Быть старше и проще,
И знать во всем меру.
Но что меня гонит
В твою степь без края?
...Да просто, как песня,
Работа такая,
Да просто случайно
Родившись на воле,
Несу в себе тайну
До родовой боли
Открытия в слове...
Поэзии прозрачнейшие крылья
Расправлены над небылью и былью.
Но на цветах, что расцвести забыли,
Лежит налет неистребимой пыли.
И на совсем уж заурядной были
Лежит отсвет тех слов, что былью были.
Я знаю, что Венера – дело рук.
Ремесленник – и знаю ремесло
М. Цветаева
Старый мастер перед камнем
Замер, не сдержав слезы.
Виден в первых очертаньях
Женский, горестный призыв...
Что мне, новичку, напелось?
Был набросок, словно сон,
В памяти; но не успела
Сохранить – и смыт был он.
Сны придумывают рифмы,
Но затем, чтоб сбыться им,
Нам даны тугие ритмы
Мира, цельности, зари.
Птицы на руки садятся
Лишь тому, кто кормит их,
Кто не станет их бояться,
Кто не будет их ловить.
Если голубь на окошко
Сядет вдруг, не устрашась,
Ты... оставь ему немножко
Хлеба. Молча. Не дыша.
Декабри приходят, хлюпая
Первым, растаявшим снегом.
На льдинке небесного купола
Не держатся пальцы веток…
Мне ж видится дальний декабрь,
Застывшими масками – лица,
В камине – от писем гарь,
И наспех прикрыты окон глазницы…
Их завтра приветит не снегом –
Нет, рухнет громом картечи
Сенатская площадь; и в небо
Рванется душа, разбиваясь о плечи
Облачного ледника…
Что такое дом родной – это каждому известно,
Потому неинтересно многим слушать про него.
Но вот как в стране чужой со своей остаться песней,
Вот про это неизвестно людям вовсе ничего.
Видно, позабыли мы, с мест насиженных срываясь,
Как теряли голоса барды в чуждой стороне,
Как родимые леса вспоминали – и срывались,
Иль старались позабыть – наяву... Но не во сне.
Каждый волен выбирать по себе свою дорогу,
Есть такие, у кого дома не было совсем.
Обходились без него, и без милого порога...
И о радости дорог тоже ведь известно всем.
Но последний из цыган дорожит своей кибиткой,
Да и беженцы, глядишь, где осели, прижились.
Разве, от дороги пьян, ты забыл свою калитку?
Не забыл?! Так на нее и на окна оглянись!
Слишком кардинальный шаг – в годы общего упадка,
От народа, языка, от души отъединясь
И надеясь на себя, за морями жизни сладкой
Все искать... Ох, не найдешь, оборвав с Россией связь.
Потому, что дерева не растут без кислорода,
А без песни про запас тяжелеет голова.
Повторяю каждый час, словно бы законы рода,
Те же тихие слова: «Позади – моя Москва...»
Не здесь смогу я противостоять
Судьбе, разлуке, царству черной ночи,
Но пусть мои не ослепятся очи,
Когда гроза найдет мою тетрадь!
За ней трава найдет мою тетрадь,
Из ран моих беспечно вырастая,
Пускай растет, извечная, густая,
Ее, как свет, невыносимо рвать...
А на холме застыл последний храм
Из дерева, не ставший пепелищем,
Хоть возводившим красоту рукам,
Истлевшим, недоступно топорище.
И крылья неделимые России –
Молитва и животворящий труд,
Как старые перчатки, износились,
Бездельникам, забывшим Бога трут.
Но кажется иль не пришла пора,
Душа России в язвах, но не в тленье?
Мне кажется иль живы мастера,
Что знают тайну сотни поколений,
Как дерева, что без людей растут,
Заставить петь резьбою на киоте?
...Быть может, тем угодна Русь Христу,
Что плотники еще у нас в почете,
Что жив еще и рук не потерял
Умеющий построить хоть избенку,
И любо Ему радость сотворять,
Ведя рубанком хоть в руках ребенка...
Жизни дано не единожды сбыться:
В клетке, в цветке, во взлетающей птице,
В свете на лицах пришедших молиться,
А не дано ей – остановиться.
Из веков слышен гром сражений –
Разливались в степи набаты.
Над местами самосожжений
Новых гроз поднялись раскаты.
И от года к году страшнее
Проносились лихие бури,
Но зато намного виднее
Среди туч – просветы лазури...
И намного прекрасней стали
Тех степей золотые просторы
После дней разгулявшейся стали,
И сильнее слышны птичьи хоры.
И сейчас за оружие браться
Мне, как бабе, чуть-чуть несподручно.
Да зачем нам оно нынче, братцы?
Ведь противник берется за ручки...
Нет, оружие наше – слово,
И любовь нашим словом стала.
Я стоять до конца готова
С полосой травы, не металла.
И хотя трава и бессильна
Пред косой и огнем осенним,
Да вот только откуда сила
Бить асфальт и всходить весенней?
Я знаю: все живое – свет,
И мне не выразить словами
Его, но, как немой завет,
Душа моя да будет с вами...
Впрочем, нет, править там есть чего...
первая партия, то, что раньше, было практически собрано в сборник, который надо чистить от некондишна.
Серебро дороже золота...
...И, кажется, не попрекнут меня
Отсутствием на свадебном пиру,
Где листья из холодного огня
Колышутся свечами на ветру...
Где небо в ожидании весны,
Где на престол нисходит тихий свет,
И все похоже на цветные сны,
А каждый гость одет и обогрет...
Меня накроет серебром снегов.
В молчании покинутого дня
По затуханию моих шагов
Ты можешь выследить меня...
А через пару заметённых лет
Я растоплю черновиками печь,
И, погасив огонь, по золотой стерне,
С гитарой за плечом, пойду и вспомню речь.
И пусть останутся в полупустом столе
И на потрёпанных дорожках CD-ка
Стихи, принадлежащие – не мне,
Произнесённая Творцом строка.
И пусть останутся в моих руках,
Задумчиво усевшихся на гриф,
Лишь пара песен, что лежат в веках –
Чужих... И, слава Богу, часть моих...
Окна.
(посвящено журналу «Современники»)
Но мы с тобою все-таки есть,
И наше место именно здесь...
А.Макаревич
Есть окна прекрасных дворцов, теремов
В седой позолоте, в лозах винограда –
Кусочки священного Вечного Града
И части былых королевских домов.
Есть в избах старинных, российских, лесных
С резьбой на наличниках, ставней узором –
Поют деревенским частушечным хором
О масленицах и заботах весны.
И в старых домах стороны городской –
С пилястрами, смотрят лукаво из рамок
На стеклобетонный продвинутый замок
Для новых господ... (Не суждён им покой.)
Но в этой коллекции странно забыты
Окошки подвалов, седьмых этажей,
Простейшей конструкции, без витражей,
Одно украшение – светом залиты...
Здесь Мастер страдал. Здесь чердак Маргариты.
Поседела трава, а рассвет – золотая смерть листьев,
И в хрустальнейшем воздухе тише поет благовест...
Осень стелет на мокнущий грунт осторожною кистью
Окончательно – золото и серебро бесконечных завес.
Потеряли себя в суете и грязи переходов,
А найти в бесконечной и хмурой толпе не могли.
Выйти в дверь, что ведёт – на пятнадцать минут – на природу?
Но там слякоть и холод... И мы задыхались в пыли.
В этом месяце с умыслом нет у меня проездного,
Вместе с осенью ходим по парку пешком.
Впрочем, что удивляться? Решенье не ново –
Быть с землею на равных, быть с нею вдвоем.
Новое опасенье – декабрьский был мной заказан,
А уже с неба льётся метель и звенит, и звенит тонкий лёд...
Ну а вдруг этот звон, этот светлый мотив, не рассказан,
Пропадёт? Ну а вдруг без меня пропадёт?
Молитва
Лучшая поэзия – молчание,
Лучшее молчание – моление...
(иеромонах Роман )
Господи, дай только мужества
На молчаливый путь.
Не с немотою ужаса,
Бывшего – не вернуть.
Я не прошу знамений,
Милости не прошу –
Лишь одолеть ступени:
Их высотой дышу.
Только на дне сознанья,
Чистого от обид,
Слов благодатный пламень
Сходит и смысл хранит.
Слова немого участь
Время благословит.
Верную неминучесть
Выдоха – вдох таит.
...И заплакал, припадая к плитам:
Он увидел все их имена,
Он узнал знакомых – тех, убитых
В день, когда нахлынула война.
И смотрел, сняв шапку, на могилу.
Без креста... Ах, жалко, без креста.
Он просил у неба, чтобы силу
Памяти несли его уста.
И в тот миг, когда узнал он брата,
Не смолчал – да, с горя он запел
Голосом непавшего солдата,
Но – как будто сам в войне сгорел...
Слезы, очищающие душу,
Застывают на исходе дня...
Что же, братцы, разве он не нужен –
Отпечаток Вечного Огня?
Все тревожит самой студной стужей
Ветер черной, гибельной поры...
Но бывает небывало нужен
В наше время мира... и жары.
...И закричать: да будет свет!
На весь вагон, глухой и душный,
Для всех, кто дремлет равнодушно
И отражается в стекле.
О, пусть нечаянной улыбки
По лицам побегут лучи,
Какие у души ключи,
Какая вас затронет скрипка?
Преддверие.
А впереди, среди проталин,
Уже тюльпаны расцвели,
И отражается в кристаллах
Со сна размякший лик земли.
И в ранних переливах света
Свои угадываю сны:
Натянутые струны лета
В лучах разбуженной весны.
Ручьи поют, безбожно юны,
И под ударами тех нот
Звенят полуденные струны,
Звенит, расплескиваясь, лед!
Ты знаешь этот тихий час
Еще до света –
Приоткрывающихся глаз
Лесного лета?
Пора притихшего ручья,
Угасшей ночи
Еще свободная, ничья –
Как многоточье,
Как проступающий обвод
На горизонте,
Как чуть подмытый солнцем лед...
Запас мелодий
На первый, пробный птицы крик
Под новосветье,
В распахнутый рассвету миг
Их вынес ветер!
(1 мая 2004, 5 утра, палатка в лесу)
Диалог
- Что возьмешь ты в путь с собой?
- Только радость, только боль,
Только в термосе кисель,
Только карту, компас, цель,
Только ветер на заре,
Только дождик в ноябре,
Только день и только ночь,
И друзей – в беде помочь,
Только отблеск красоты,
Ну а что взяла бы ты?
- Что возьму я в путь с собой?
Только лютню, только роль,
Только светлую печаль,
Только «здравствуй» и «прощай»,
Только – это я, точь-в-точь! –
Мою маленькую дочь,
Только рифму, только слог,
Только срезанный цветок,
Лишь перо – и белый лист,
Только смерть – и только жизнь,
И – ты знаешь, милый мой?
Я тебя возьму с собой…
Из области фантастики
никому не посвящается
На этом месте замкнут круг
Случайной встречей.
-Приветствую, забытый друг!
А вы далече?
Ворвется мартовская ночь
В мои пределы...
Вы не могли бы мне помочь -
- Ведь вы без дела -
Завесить звездным полотном
Окно вагона -
За этим тоненьким окном
Ночь беззаконна...
Встречаются друзья как раз
Под равноденствие
И обращают пару фраз
В священнодействие...
Что ж, возьми свою боль,
чтобы выбросить в волны ее...
Йовин
О моя неопознанная вина!
Рассчитаться со мной не спеши, не спеши...
Отчего дрожь – от холода иль от вина?
Ветер песни играет дверями души.
Мой костер догорает, и небо светло,
И река в этот час так тиха и светла...
Мою жизнь этой ночью, как сон, унесло,
Словно я не была, словно я умерла.
И спасибо за все. Расплатившись сполна,
Ухожу по мосту ожидающих дней.
А на берег пустынный находит волна,
И обратно любовь отправляется с ней...
Только час до раскрытия почек.
В них с утра нарастает давленье,
Здесь не до расставления точек.
Рвется лиственное вдохновенье.
Затянулось души пробужденье,
Но не ждет затаенное чудо,
И во власти весеннего зуда
И разрыв, и коры опаденье.
Только час до раскрытия сердца,
И случайною боль не бывает,
Никуда от нее мне не деться.
Схватки памяти... Жизнь прорастает...
А было так просто –
Забыть и не плакать,
Растить свои звезды,
Петь да обед стряпать,
В мерцании ночи
Не находить веру,
Быть старше и проще,
И знать во всем меру.
Но что меня гонит
В твою степь без края?
...Да просто, как песня,
Работа такая,
Да просто случайно
Родившись на воле,
Несу в себе тайну
До родовой боли
Открытия в слове...
Поэзии прозрачнейшие крылья
Расправлены над небылью и былью.
Но на цветах, что расцвести забыли,
Лежит налет неистребимой пыли.
И на совсем уж заурядной были
Лежит отсвет тех слов, что былью были.
Я знаю, что Венера – дело рук.
Ремесленник – и знаю ремесло
М. Цветаева
Старый мастер перед камнем
Замер, не сдержав слезы.
Виден в первых очертаньях
Женский, горестный призыв...
Что мне, новичку, напелось?
Был набросок, словно сон,
В памяти; но не успела
Сохранить – и смыт был он.
Сны придумывают рифмы,
Но затем, чтоб сбыться им,
Нам даны тугие ритмы
Мира, цельности, зари.
Птицы на руки садятся
Лишь тому, кто кормит их,
Кто не станет их бояться,
Кто не будет их ловить.
Если голубь на окошко
Сядет вдруг, не устрашась,
Ты... оставь ему немножко
Хлеба. Молча. Не дыша.
Декабри приходят, хлюпая
Первым, растаявшим снегом.
На льдинке небесного купола
Не держатся пальцы веток…
Мне ж видится дальний декабрь,
Застывшими масками – лица,
В камине – от писем гарь,
И наспех прикрыты окон глазницы…
Их завтра приветит не снегом –
Нет, рухнет громом картечи
Сенатская площадь; и в небо
Рванется душа, разбиваясь о плечи
Облачного ледника…
Что такое дом родной – это каждому известно,
Потому неинтересно многим слушать про него.
Но вот как в стране чужой со своей остаться песней,
Вот про это неизвестно людям вовсе ничего.
Видно, позабыли мы, с мест насиженных срываясь,
Как теряли голоса барды в чуждой стороне,
Как родимые леса вспоминали – и срывались,
Иль старались позабыть – наяву... Но не во сне.
Каждый волен выбирать по себе свою дорогу,
Есть такие, у кого дома не было совсем.
Обходились без него, и без милого порога...
И о радости дорог тоже ведь известно всем.
Но последний из цыган дорожит своей кибиткой,
Да и беженцы, глядишь, где осели, прижились.
Разве, от дороги пьян, ты забыл свою калитку?
Не забыл?! Так на нее и на окна оглянись!
Слишком кардинальный шаг – в годы общего упадка,
От народа, языка, от души отъединясь
И надеясь на себя, за морями жизни сладкой
Все искать... Ох, не найдешь, оборвав с Россией связь.
Потому, что дерева не растут без кислорода,
А без песни про запас тяжелеет голова.
Повторяю каждый час, словно бы законы рода,
Те же тихие слова: «Позади – моя Москва...»
Не здесь смогу я противостоять
Судьбе, разлуке, царству черной ночи,
Но пусть мои не ослепятся очи,
Когда гроза найдет мою тетрадь!
За ней трава найдет мою тетрадь,
Из ран моих беспечно вырастая,
Пускай растет, извечная, густая,
Ее, как свет, невыносимо рвать...
А на холме застыл последний храм
Из дерева, не ставший пепелищем,
Хоть возводившим красоту рукам,
Истлевшим, недоступно топорище.
И крылья неделимые России –
Молитва и животворящий труд,
Как старые перчатки, износились,
Бездельникам, забывшим Бога трут.
Но кажется иль не пришла пора,
Душа России в язвах, но не в тленье?
Мне кажется иль живы мастера,
Что знают тайну сотни поколений,
Как дерева, что без людей растут,
Заставить петь резьбою на киоте?
...Быть может, тем угодна Русь Христу,
Что плотники еще у нас в почете,
Что жив еще и рук не потерял
Умеющий построить хоть избенку,
И любо Ему радость сотворять,
Ведя рубанком хоть в руках ребенка...
Жизни дано не единожды сбыться:
В клетке, в цветке, во взлетающей птице,
В свете на лицах пришедших молиться,
А не дано ей – остановиться.
Из веков слышен гром сражений –
Разливались в степи набаты.
Над местами самосожжений
Новых гроз поднялись раскаты.
И от года к году страшнее
Проносились лихие бури,
Но зато намного виднее
Среди туч – просветы лазури...
И намного прекрасней стали
Тех степей золотые просторы
После дней разгулявшейся стали,
И сильнее слышны птичьи хоры.
И сейчас за оружие браться
Мне, как бабе, чуть-чуть несподручно.
Да зачем нам оно нынче, братцы?
Ведь противник берется за ручки...
Нет, оружие наше – слово,
И любовь нашим словом стала.
Я стоять до конца готова
С полосой травы, не металла.
И хотя трава и бессильна
Пред косой и огнем осенним,
Да вот только откуда сила
Бить асфальт и всходить весенней?
Я знаю: все живое – свет,
И мне не выразить словами
Его, но, как немой завет,
Душа моя да будет с вами...
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2008-05-13 08:13 pm (UTC)no subject
Date: 2008-05-14 04:32 am (UTC)спасибо
я думала сейчас будет много вполне заслуженной критики:)
Я пытаюсь стремиться к этой напевности, но иногда это увы бывает в ущерб смыслу. Когда образ есть, но на свое место и контекст он не попадает.
думала сперва выложить только часть, в конце концов за кадром оставила в основном спорное и самые ранние. ну может еще чего забыла...
Твои тоже прелесть, и осмысленнее моих;) А мне надо таки учиться этому.
no subject
Date: 2008-05-13 08:31 pm (UTC)Здесь Мастер страдал. Здесь чердак Маргариты. "
Это пока любимое. :) Здорово, здорово, аплодирую.
Это хотела бы к себе утащить со ссылкой на тебя, если можно.
no subject
Date: 2008-05-14 04:34 am (UTC)Комментарий к нему - на обложке того журнала было изображено много-много-много разных окон, концепт такой:) Меня вдохновило)
no subject
Date: 2008-05-13 09:04 pm (UTC)no subject
Date: 2008-05-14 04:35 am (UTC)no subject
Date: 2008-05-19 04:04 am (UTC)Я вот рисовать не слишком умею и тоже очень жалко.
А стихи тоже когда как выходят)
no subject
Date: 2008-05-19 07:23 pm (UTC)*пытается применить к _этим_ стихам употребленный тобой термин...*
не, ты мне все же льстишь.
ну, свое дело зато у тебя получается, а я разбрасываюсь...