Долго думал. Не вытерпел. Решил выложить и поделиться радостью таким образом.

[veda_cong]

Райме вдохновил меня переводить Лэйтиан Толкина. Вариант C.
Посмотрел результат и сказал что, оказывается, получается. Не могу сказать насколько я обалдела от того что получается. Я думала щас брошу в стол и забью, как на многие свои попытки перевода.
Хочу довести до конца. Ну оочень приятное занятие... Очень светлое. И стоит того.
Я не знаю, почему мало у кого пока не хватило терпения переводить его до конца, кроме Ольвен и отрывочно Арандиля, причем оба брали Recommenced... Но я таки решила последовать одному каменту Эйлиан, в котором она говорит "Кто морщится - сделайте лучше!" Ну сколько можно смотреть на этот перевод и мучиться?
Ну, лучше не лучше, но хотелось сделать в ритме и без отсебятины.
В настоящее время я где-то в начале второго кантона, там где начинается про отряд Барахира.
При переводе старалась сохранять ритм. Рифмы местами ассонансные или еще хуже. Я хочу, если даже еще буду править, оставить ассонансные хотя бы. Потому что иначе есть риск начать терять смысл, а звучит оно в принципе нормально и вполне стихотворно. Я могу сделать эксперимент, но если он не выйдет, вернусь к тому что есть. Кроме того, я не уверена что в случае поиска точных рифм я доведу дело до конца.
Смысл был сохранен с точностью до средств передачи образа.



I О Тинголе

Король был от времен иных;
Следов не пролегло людских,
Как власть его во тьме холмов
На лес и дол простерла кров.
Щиты, как бледный лик луны,
И копья, словно луч, остры,
Венец был серым серебром,
И звездный свет - узор знамен.
А вызов длинных труб силен,
Под звездами был звонок он.
Весь край был чарами объят,
От камня древних колоннад,
Богатых несказанно зал
По жесту. Бледный здесь опал,
Берилл, и жемчуг, трона кость,
Металл чешуйчатый; и звезд
Острей мерцал топор и меч,
Щит, латы, копья - все беречь
Готов король - но меньше той,
Что Эльфов край затмит собой:
Ведь краше не несла земля,
Чем Лутиэн, дочь короля.
Быстрее ног под солнцем нет
И не оставит след в траве
Прекрасней дева от морей
До солнца, утром иль во тьме.
Был синим плащ, как небосклон,
В очах был вечер серебром,
И лилий золото насквозь
Пронзало темный шелк волос.
Быстра, как птица на крыле,
Весны нежнее смех звенел;
Ив стройность, гибкость тростника,
Лугов цветущих аромат,
Зеленый свет сквозь толщу крон
И родника чистейший звон -
Все меньше дивной красоты,
Блаженной славы и мечты,
Которую ценил король
Сильней, чем сердце или кровь.
Их родина - Белерианд,
Где эльдар власть края хранят,
Где в Дориате лес шумит:
И мало хожены пути
Под сень лесов; не смел никто
Из смертных преступить порог,
И звук не доходил рогов
Охоты, ржанье, голос псов.
Оттуда север - Страха Край,
Где зла пути, вороний грай,
Холмы пустые, холод, вой,
Таур-на-Фуин теневой:
Под Тенью Смерти сторона,
Где блекнут солнце и луна.
А к югу край был необжит,
К закату - Океан кипит,
Без берега и без следа
Широкая лежит вода.
Восток синел громадой гор,
Туман и тишь - вот их убор,
За ними Внешний Мир сокрыт.
Они превыше троп кривых,
Полян, колючек, рощ и чащ,
Где чары на ветвях висят,
Где дремлет Лес с тех самых дней,
Когда он мира был старей.
Эсгалдуин у скал звенел,
Где Тингол в Тысяче Пещер,
Высоких освещенных зал,
Сокрыто ныне обитал,
Король лесов и родников,
Лорд бука, вяза и дубов.
Высок был шлем и острым - меч,
И сумерки стелились с плеч.
В тени лощин, в свету полян
И Лутиэн кружилась там,
И вниз по тропам песнь лилась,
Бесплотней и нежней смеясь,
Чем слышать мог бы Смертных пир,
Прекрасней даже птичьих лир.
Ту Дайрон музыку сложил,
Когда час Сумерек пробил:
Средь зелени лесов, полей
Чарующая длилась трель,
Любви взыскуя и любя
Напрасно Тингола дитя.
Там стрелы с тетивы рвались,
Олени, словно тень, неслись,
Сияли сбруи в серебре
С плетеной гривою коней,
Что, гордые, мелькнут на миг,
Когда луна покажет лик.
И, как стрелу проглотит свет,
Так и охоты словно нет,
И только рог да тихий звон
Лощин пустых нарушит сон.
Серебряные чаши там
И злато, песни, фимиам,
И бесконечны Фэйри дни.
В Белерианде шли они,
Но день один принес чудес
Невиданных под сень небес.