(no subject)

Вот что хочу спросить. Не понимаю откровенно. Разве из христианства не следует плач обо всей земле, обо всех людях, за которых умер Господь, обо всех бедах и разделениях?

Не тем паче ли — о заблудших братьях? Желание спасти их, привести к свету, если хоть искра в них была? Не тем паче — обо всех расколах и разделениях?

Разве может христианин радоваться и кричать «они никогда не были нашими» или что-то такое? Ожесточаться?

Разве может христианин кого-то, кроме себя, подставлять на крест? Звать на крест? Тащить силой на крест — тем более? Разве он не должен ломать голову, как все это уврачевать, если может?

Разве нормально, что в нынешних расколах более политики, чем вообще каких-то духовных вещей?

Разве нормально принуждать кого-то ради послушания ломать свою совесть? Я всегда думала, что послушание — это против эгоизма.

Но что, если братья зовут тебя на дело, которое ты полагаешь злым и делом сатаны? Если они не различают праведного приказа от неправедного? Если перекладывают на кого-то ответственность, хотя совесть кричит «нет»? Причем речь не о молчании. В некоторых случаях и требование произнести определенную молитву уже может быть призывом на то, чему противится совесть. И призыв «любить» братьев может значить идти за ними и две мили вместо одной. Но не на разбой. А если бы тебе в административном порядке взяли и предложили Ваалу поклониться?

Я не знаю, как в будущем богословы будут на это отвечать. Сейчас я не могу спросить иначе, как в интернете, и даже не могу конкретизировать. Но я не могу этого понять. Я буду отвечать перед Богом на Суде за себя, если мне было кристально ясно, что начальник ошибся (со зла или не со зла — другой вопрос), и никакие «послушания» тут не помогут.