veda_cong | (no subject)

Мое отношение к чужим мировоззрениям раз и навсегда сформировано опять «Хрониками Нарнии», и я хочу этот отрывок просто еще раз напомнить. Слишком многие его забыли, слишком часто впадают в одну и ту же ошибку. А я не понимаю, как насильственный инквизиторский фанатизм вообще совместим с истинной верой. И еще это то, что я сказала бы любому человеку с другим мировоззрением (типа того же якутского шамана) прежде, чем начинать диалог с ним — о том, что я с вниманием отношусь к его опыту, потому что возможно, он правда зовет не теми именами верные концепции, потому что он человек. И если ему пока удобнее называть другим именем, что ж, я рада просто тому, что мы что-то понимаем похоже. Роза пахнет розой(с).

(и еще про «лучше увидеть и умереть» — а вот это ощущение грешника, который все равно может говорить «да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя на земле, как на небе» — именно поэтому. У меня, кажется, эта фраза в голове перемешалась с фразой из другого произведения:) )

«И я сказал: "Клянусь богами, это чудное место, быть может, я вошел в страну Таш". И я начал бродить по этой странной земле и искать Таш.

Я шел мимо трав и цветов, среди благородных и усладительных деревьев, и вот, в узком месте, между двумя камнями, встретился мне Великий Лев. Скорость Его была как у гепарда, а размеры - как у слона, шерсть - как чистое золото, а глаза сияли, как золото, которое льется в горне, и был Он ужасней, чем пламенеющая гора Лагора, и красота Его превосходила все в этом мире настолько, насколько роза в цвету превосходит пыль пустыни. Я упал к Его ногам и подумал: "Уверен, что настал мой смертный час, ибо достойный всякого поклонения Лев знает, что я все дни моей жизни служил Таш, а не Ему. Но лучше увидеть Льва и умереть, чем быть Тисроком в этом мире, и жить, и не видеть Его". Но Славнейший наклонил свою золотистую голову, коснулся моего лба языком и сказал: "Добро пожаловать, сын". Я произнес: "Увы, Господин, я не сын Твой, я слуга Таш". Но Он ответил: "Дитя, все, что ты отдавал Таш, ты отдавал Мне". А потом, ибо я страстно желал мудрости и понимания, я пересилил свой страх и спросил Славнейшего: "Господин, разве правду сказал Обезьян, что Таш и Ты - это одно и то же?" И Лев зарычал в ответ так, что земля сотряслась (но гнев Его был не против меня), и сказал: "Это ложь. Не потому, что она и Я это одно, но потому, что мы - противоположное. Я беру себе то, что ты отдавал ей, ибо Я и она настолько различны, что служение Мне не может быть отвратительным, а служение ей - отвратительно всегда. Если кто-то клянется именем Таш и сдержит клятву правды ради, это Мною он клялся, того не зная, и Я отвечу ему. Если же кто совершит жестокость именем Моим, и скажет "Аслан", он служит Таш, и Таш примет его дело. Ты понял, дитя?" И я сказал: "Господин, Ты знаешь, что я понял". И еще я сказал (ибо не мог лгать): "Я искал Таш все мои дни". "Возлюбленный, - сказал Славнейший, если бы твое желание было не ко Мне, ты не искал бы так долго и так искренне, ибо искренне ищущий - всегда находит".

Затем Он дохнул на меня, и трепет ушел из моих колен, и я смог встать на ноги. После этого Он сказал только, что мы встретимся снова, и что я должен идти все выше и дальше. И он повернулся в золотом шквале и внезапно исчез.

И с тех пор, о короли и дамы, я брожу, чтобы найти Его, и мое счастье так велико, что ослабляет меня как рана, и это чудо из чудес, что Он назвал меня "возлюбленный", меня, который всего лишь пес...»